Евич: “Иногда кажется, что государство почти не участвует в идущей войне. Меня это поражает”
Юрий Евич – это тот самый военный хирург с фронтовым опытом от Донбасса до Сирии, который запомнился многим тем, что говорит всегда как есть, без преркас, порой – резко.
И долгую кровавую войну он предсказывал еще тогда, весной 2022 года, когда со всех сторон спорили, до куда мы сейчас дойдем – до Киева, до Львова или все-таки до западных границ.
Он и на этот раз раскрыл шокирующие реалии современной войны, в которой беспилотники создают зону смерти глубиной 10 км, а также превращают снабжение в смертельную лотерею.
Рассказал о том, как раненые месяцами остаются без эвакуации, а дробовики бессильны против “стальных птиц”.
Ещё недавно автомат Калашникова был символом солдата. Теперь это архаика. “Мы с этими “калашами” – как с саблями. Даже дойти до врага не можем”, – эту фразу Евич услышал от штурмовика и полностью с ней согласен.
Противник выстраивает линии дронов на ЛБС.
Цель – создать так называемую 10-километровую зону смерти.
Тактика проста: если человек задержался на открытом пространстве хотя бы на 15 минут – он должен быть мёртв.
И, к сожалению, она эффективна, уточняет Евич.
Пехота на этом фоне просто исчезает: либо не доходит, либо гибнет на подступах.
При этом количество раненых в последнее время снизилось, но вовсе не от гуманности врага – просто атакующих стало меньше.
Миф о том, что дробовики помогают сбивать дроны, Евич разрушает одним словом: “Невозможно”.
Он говорит, что, даже если стрелять в дрон с 20 метров, шансы минимальны.
Беспилотники малозаметны, манёвренны и зачастую работают в паре: один наблюдает, другой атакует.
И пока боец целится в одного, второй уже сбрасывает гранату.
Сбить дрон дробовиком – это как забить комара молотком.
По словам хирурга, настоящая защита – это системы РЭБ, которые пока есть далеко не у всех.
При этом раненых с поля боя вытаскивают буквально по сантиметру.
На километр – два часа пути.
И это если повезёт.
Любые передвижения – как на ладони.
Евич поделился историей, как одного бойца пытались эвакуировать 82 дня.
Не потому что забыли, а потому что, если поторопиться, могли погибнуть и сами спасатели.
“Это преподносится как героизм, стойкость нашего солдата. Но я хотел бы напомнить, что обратная сторона каждого подвига – это всегда чей-то идиотизм или предательство”,ь- подчеркивает Евич.
По статистике теперь чаще погибают сразу: или убиты на месте, или не доживают до помощи. При этом не только пехота, но и медики становятся мишенями.
В условиях постоянной авиационной и дроновой разведки противника снабжение как русская рулетка.
Всё, что движется по открытому пространству, моментально фиксируется и уничтожается. Евич отмечает, что это либо невозможно, либо превращается в полноценную боевую операцию. Решение есть, но оно непростое:
“Прежде всего, хорошо продумывать и прокладывать маршруты вывоза раненых. Обеспечить чёткую связь: чтобы командование сразу узнало, что боец ранен, и сразу выслало эвакуационную машину, оснащенную РЭБом: в ней обязательно должен находиться стрелок с оружием.
Ситуация с медиками катастрофическая. Их просто не хватает. Те, кто есть, работают на пределе.
Иногда за одно дежурство приходится делать несколько операций. Медикаменты и оборудование поступают лишь благодаря гуманитарщикам.
Евич предупреждает, что порой то, что он видит на фронте, поражает.
Он уверен, что власти делают недостаточно для того, чтобы сохранить жизни солдат.
И чем быстрее мы это признаем, тем быстрее ситуация начнёт меняться к лучшему.
“Вопросов государству нашему я уже не задаю, потому что оно отвечать на них не собирается.
Иногда кажется, что государство почти не участвует в идущей войне, и меня эта ситуация поражает.
Видимо, у него инстинкт самосохранения отключился, и оно не понимает, что, если проиграет войну, ему – государству – кирдец”,
– бескомпромиссно заявляет хирург.
